История флирта – 10. Источник десятый, овечий и собачий. Комедии Лопе де Вега.

Сегодня вернемся немножко назад, в век семнадцатый, и поговорим о том, что было до флирта. Говорить будем на примере двух “комедий” Лопе де Вега, одну из которых я бы могла назвать общеизвестной, но не буду обманываться. По ней, конечно, снят прекрасный и когда-то очень популярный фильм, но это было еще до эпохи сериалов. В смысле, советский. И снят, конечно, в СССР. Фильм по второй снимали в Испании в 1972 году. Для СССР ее сюжет был, хм, несколько за гранью цензуры. Но в итоге обе они одинаково забыты и одинаково обделены вниманием, как и их автор.
… Мда. Так вот, Лопе де Вега, “Овечий источник” и “Собака на сене”. Да, сразу предупрежу: как комедии они определены не из-за того, что они такие уж смешные, а потому, что они написаны для постановки в “народном” – он еще назывался “площадным” – театре, и потому, что их темой являются события “низкой”, повседневной жизни. И если “Собаку на сене” еще можно представить легкой и развлекательной пьесой, то “Овечий источник “ – это реальная, без дураков, социальная драма, написанная по следам реальных же событий, правда, двухсотлетней давности.

В драме рассказывается о событиях, произошедших в небольшом селении в Испании. Командор ордена приезжает к магистру с целью усмирить восставший народ. Магистр оказывается юнцом, который недавно получил титул от отца. Командор, Фернан Гусман, предлагает свое войско, и магистр Родриго Хирон принимает его помощь. Жители Фуэнте Овехуна не могу дождаться отъезда злого командора, знаменитого любовью к чужим женщинам. Ему не отказывают, боясь мести. Последнее время командор Фернан Гусман преследует дочь алькальда – Лауренсию, которая влюблена в простого парня. Магистр и командор подавляют восстание. Фуэнте Овехуна встречает Фернана Гусмана с дарами, но ему не нужно ничего, кроме Лауренсии и её подруги. Через некоторое время Лауренсия встречается с Гусманом на ручье. Командор решает, что это его последний шанс, и пытается силой взять девушку не зная, что возлюбленный Лауренсии – Фрондосо, следит за ними. Желая защитить любимую девушку, Фрондосо угрожает командору оружием и скрывается. Оскорбленный командор обещает жестокую месть за такое унижение. Он приходит к отцу девушки, и требует прислать ее к нему. Однако, алькальд объясняет наглому Гусману, что у простолюдинов также есть честь.

Тем временем, король Кастилии узнаёт о подавлении сопротивления магистром и командором, и видит в этом некую угрозу. Чтобы разобраться, он призывает их к себе. Только это обстоятельство спасает селение от расправы. Во время отсутствия Фернана Гусмана, Лауренсия и Фрондосо играют свадьбу. В самый разгар событий возвращается униженный военной неудачей и помнящий прошлые обиды командор, и велит заточить Фрондосо в тюрьму. Лауренсию также берут под стражу, потому что она осмелилась защищать любимого. Фуэнте Овехуна собирает вече, на котором мнения разделяются: кто-то не желает бунта, а кто-то жаждет справедливости. На заседание вбегает растрепанная Лауренсия, рассказывая, что пережила пытки и издевательства и что Фрондосо скоро убьют. Это становится последней каплей, и народ идет к дому Гусмана. Интересен последний довод Лауренсии: “если в селении нет мужчин, то женщины сумеют сами отстоять свою честь”. Именно после этих ее слов все селение кидается на штурм дома командора. Тот сперва не верит, что жители Фуэнте Овехуны могли взбунтоваться, потом, осознав, что это правда, решает выпустить Фрондосо. Но поздно: самого командора толпа буквально разрывает на части, не выживают и его слуги. Лишь Флоресу удается чудом спастись, и, полуживой, он ищет защиты у дона Фернандо, короля Кастилии, представляя все случившееся бунтом крестьян против власти. При этом он не говорит королю, что жители Фуэнте Овехуны хотят, чтобы ими владел сам король, и поэтому прибили над домом командора герб дона Фернандо. Король обещает, что расплата не замедлит последовать; об этом же его просит и магистр ордена Калатравы, приехавший к королю Кастилии с повинной головой и обещающий впредь быть ему верным вассалом.

Дон Фернандо отправляет в Фуэнте Овехуну судью покарать виновных и капитана, которому следует обеспечить порядок. В селении, хотя и поют здравицу в честь кастильских королей дона Фернандо и доньи Исавелы, все же понимают: разбирательство будет пристрастным. И крестьяне принимают меры предосторожности: договариваются на все вопросы о том, кто убил командора, отвечать – Фуэнте Овехуна.

Судья ведет допросы крайне сурово: те, кто представляются ему зачинщиками, брошены в тюрьму без разбора пола и возраста, их жестоко пытают. Но все, как один, на вопрос о том, кто повинен в смерти командора, отвечают: “Фуэнте Овехуна”. И судья вынужден вернуться к королю с докладом: он использовал все средства, пытал триста человек, но не нашел ни одной улики. Чтобы подтвердить справедливость его слов, жители селения сами пришли к королю. Они рассказывают ему об издевательствах и унижениях, что терпели от командора, и заверяют короля и королеву в своей преданности – Фуэнте Овехуна хочет жить, подчиняясь лишь власти королей Кастилии, их справедливому суду. Король, выслушав крестьян, выносит свой приговор: раз нет улик, людей следует простить, а село пусть останется за ним, пока не найдется другого командора, чтобы владеть Фуэнте Овехуной.

Пьеса появилась в результате долгих размышлений писателя над проблемой взаимоотношений между феодалом – королем – народом. Частично эта проблема решалась в ранней пьесе Лопе «Периваньес и командор Оканьи» (прибл. 1609–1612). В пьесе крестьянин Периваньес, отстаивая свою честь, убивает командора. Король признает правоту простолюдина и прощает его. Решение конфликта пока носит идиллический оттенок. Образы крестьян поэтизированы. Но Лопе де Вега впервые заговорил о чувстве чести, свойственном не только высшей знати, но и простым людям, крестьянам. Пьеса “Фуэнте Овехуна” писалась на основе реального исторического события, имевшего место в 1476 году в Испании. Лопе де Вега полностью сохраняет все детали, названия, места и героев. Восстание жителей действительно произошло в селении Овечий ключ, и направлено оно было на командора ордена Калатравы Фернана Гомеса де Гусмана. Но историческая хроника рассматривает случай, как жестокий бунт неблагодарных жителей, посмевших поднять руку на великодушного властителя. У драматурга вещи названы своими именами: бунт в селениии – возмездие за издевательства и надругательства. Испании того времени была очень свойственна феодальная тирания, нашедшая свое отражение в произведениях многих писателей не только семнадцатого века. Пьеса «Фуэнте Овехуна» с одной стороны лишь еще одно свидетельство реалий, а с другой – фиксирует она не только самоуправство первой в истории Европы коррумпированной верхушки при власти. Именно тогда впервые появляются высказывания о чести крестьянина, солдата, торговца – человека, не принадлежащего к благородному сословию.

С “Собакой на сене” все, казалось бы, проще. Это комедия о молодой вдове Диане, сражающейся со своей безумной любовью к секретарю Теодоро. Преградой к их отношениям становится отсутствие титула и доказательств благородного происхождения у Теодоро. И несмотря на то, что он умный и красивый мужчина, графиня не допускает даже мысли об их союзе. Если вы не смотрели чудесную постановку с Боярским и Тереховой, очень рекомендую вам найти два часа. Если смотрели и помните – нас интересует в контексте темы сцена с пощечиной. “Когда такая, как она – а надо знать мою кузину – себя не помня, бьет мужчину – картина, думаю, ясна”.

Это очень важный и многослойный момент сюжета, говорящий нам больше, чем обычно пишут в читательском дневнике и кратком содержании. Во-первых, слуге оплеуху из собственной руки не дают: много чести. Поэтому, заехав Теодоро по физиономии, Диана тем самым то ли встает на одну доску с ним, то ли поднимает его до равного. Из последующих событий пьесы мы знаем, что она выбирает второе. Именно с этого момента, осознав, что его сомнения оскорбительны для нее – и следовательно, она уже видит в нем равного. Во-вторых, случайные свидетели сцены, аристократы, реплику одного из которых я вам процитировала, видят произошедшее точно так же, и оценивают секретаря графини, человека простого сословия, как очень серьезного соперника. Настолько серьезного, что проще устранить его, чем бодаться за внимание интересной женщины именно с ним.

В этом месте вопросы, поставленные в “Фуэнте Овехуна” прямо и очевидно, становятся как бы фоном, на котором сюжет развивается, и одновременно условием его развития. И это все тот же вопрос о чести простого человека, у которого, оказывается, она есть.

И давайте я прямо здесь сформулирую то, что вы встречали во многих текстах и фильмах, но сему вряд ли имеете определение.
Честь – это право человека самостоятельно распоряжаться своими личным пространством и будущим.
Это точка отсчета, без которой суть флирта не понять. В следующей выкладке будем разбирать тезис на более простых примерах.

История флирта – 10. Источник десятый, овечий и собачий. Комедии Лопе де Вега.: 20 комментариев

  1. При таком определении некоторые девизы особенно пикантны.

    «Моя честь зовётся верность».
    «Промедлить — значит потерять честь».

    Переход от личных девизов и девизов фамилий к корпоративным девизам тоже 1800-1820?

    1. Вот по поводу девизов личных, фамильных и корпоративных я хотела развернуть чуть дальше, но раз уж Вы начали, пусть будет небольшой спойлер.
      Дело в том, что делить эмоциональное и физическое личное пространство люди начали только после Второй Мировой. До того и слов таких не было. Частная собственность была, и право на нее давало (и отнимало) государство, которое это право и установило по Гражданскому Кодексу. А до него была честь, и в этом слове помещались и личное пространство, и концепция себя. Отражение этого мы и находим в личных и фамильных девизах феодалов. Что до корпораций, тут все еще забавнее. Следите за логикой, она может быть неочевидна.
      Дворянин получает право на честь от другого дворянина. Честь, как мы помним, – это личное пространство – феод или лен – сумму представлений о том, кто он такой и чем отличается от прочих. Вместе с честью феодал получает и право принимать решения в этом личном пространстве, куда помещаются леса, реки, бобры, олени, дороги, поля и крестьяне, сами за себя решить не способные или способные в меньшем объеме. Девиз – это такая декларация характера и особенностей принимаемых решений на территории именно этого феода и именно этим феодалом (и его потомками, если они не меняют девиз, а дело это довольно хлопотное, особенно века до 14).
      Корпорацию выращивает человек простого сословия, создавая такое же по функции личное пространство , как он видит у дворянина, но иначе структурированное и организованное. И когда эта корпорация растет, девиз у ее создателя уже есть, он как бы точка кристаллизации будущего феода или лена, которым корпорация и станет. И провозглашение девиза, кажущееся формальностью, на самом деле просто переход процесса в другую фазу экспансии. Этапы развития феодальных отношений, начиная с войн и захватов замков и заканчивая залогом имения ради представительских целей, корпорация проходит, как личный путь развития.
      История, знакомая любому биологу: онтогенез повторяется в филогенезе.

      1. Понятно. То есть «миссия» корпорации и прочие маркетинговые вещи, заимствованные у аристократии, чтобы замаскировать и обосновать моралью поиск выгоды, потому очень плохо ложатся на отечественных предпринимателей образца до 2007 года, что копируемое по функции личное пространство было взято у партийной номенклатуры (и, очень редко, из кино-литературных ролевых моделей)? И поэтому они проходят не этапы развития феодальных отношений, а этапы внутрипартийной борьбы с бичеванием троцкистов, репрессиями в отношении ранее верных и погружением в болото гарантированного застоя?

        1. Совершенно верно, в европейском и даже американском культурном поле оно работать будет, а здесь – очень вряд ли. Тут или миссия, или легальность, что-то одно.

        2. Не совсем. Миссия компании это такая штука которой должен руководствоваться сотрудник в ситуации не описанной регламентом. Маркетинговый буллшит из миссии – особенность как раз из постсоветского пространства, тут идею миссии не поняли, но как карго-культ скопировали.

            1. если я не путаю, то боец из копья феодала девизом не руководствовался. Девиз был именно как часть самопрезентации самого феодала, но никак не его бойцов. У благородного бойца был свой девиз, а неблагородный воспринимался как что-то не имеющее права на решение.

              1. Разрешите пару вопросов? Я не очень в теме, но очень хочу разобраться.

                Благородный боец, вставший под штандарт сюзерена, имел право каким-либо образом не соглашаться с девизом сюзерена?

                Неблагородный боец, вставший под штандарт благородного господина, имел право использовать девиз господина для самопрезентации?

                1. Благородный боец всегда оставался благородным бойцом со всеми атрибутами. То есть своим гербом, девизом, конем и копьем.

                  Неблагородный боец не имел прав принимать решения вне того, что сказал господин. Все эти игры в гербы и девизы к нему не относились примерно никак. Даже цвета господина и прочее единообразие одежд на рядовых – изобретение 17 века.

                  Ну и самопрезентации перед кем? Для благородных он быдло, а на неблагородных действие девиза все-таки не распространяется.

                  К корпорациям сильно ближе наемные отряды. У тех были и метки на бойцах и понятие чести, которое потом перешло к буржуа. Нерушимость договора в оговоренных рамках, ага. Но у них не было девизов.

            2. Мне кажется, они прямым текстом об этом говорят: правильно сформулированная миссия позволяет сотрудникам сформировать корпоративную идентичность – и использовать эту идентичность в боевых условиях таким образом, чтобы принести выгоду корпорации (ну, или как минимум, не нанести ущерб). Особенно во внештатных ситуациях, когда регламенты бессильны.

              “Англия ждет что каждый исполнит свой долг.”

          1. Так из описания девиза (декларация характера и особенностей принимаемых решений на территории именно этого феода и именно этим феодалом) вытекает описание миссии (штука которой должен руководствоваться сотрудник в ситуации не описанной регламентом, чтобы не нанести урона чести сюзерена).

      2. А вообще спасибо за новое сформулированное именно так знание (о том, что бизнес — это феод простолюдина).

        Наверное, именно поэтому мне никогда не казался смешным «Путь офисного самурая».

  2. Из уже сказанного, пока вырисовывается такая картина.
    Флирт, форма взаимной публичной поддержки, в которой два человека не теряя достоинства двигаются друг к другу, постепенно пуская друг друга в личные границы.

    Сложно) мог напутать.

    1. Кроме достоинства, есть еще один важный момент, неотрывно с оным достоинством связанный: личные цели, интересы и приоритеты. Все это тоже включено в понятие чести. А так – да, примерно это)

Добавить комментарий