История игры. Часть 27.

Нулевые. Ролевые игры живого действия – не в привычной терминологии участников и потребителей игр, а в том смысле, что игровые действия, будь они в костюме на полигоне или над книгой и картой за столом, совершаются живыми людьми и реагируют на них другие живые люди, пусть и в рамках заданных правил – эти самые типы игры продолжают развиваться.

Во-первых, они развиваются в том смысле, в котором развитием можно называть увеличение количества участников среднего мероприятия, объема затрат и средней информированности как самих участников, так и неосведомленых свидетелей. для полигонных ролевых игр растет количество участников, размер игрового взноса, цена костюма и антуража, вклада в построение игровых декораций и так далее. Для настольных игр растет цена и качество книг, карт территорий и так далее. После середины нулевых цена игрового обеспечения настольных игр начинает снижаться, а качество еще довольно долгое время продолжает расти.

Качественный шаг развития тоже есть. Один. Последний. Им становится появление многопользовательского мира, с которым игрок и взаимодействует, один или с группой. Собственно, эта разновидность формата и оказывается оцифрована. Ведь только она единственная еще может отвечать целям игры, определенным Выготским и Элькониным.

Впрочем, их определения уже давно похоронены под грудами мусора, накопившегося во время словесных баталий по поводу того, можно ли считать достойным участником игрового движения человека, который не зарабатывает (цифру вписать), не имеет (перечень вставить) и не обладает (список признаков привести). Мы еще вернемся к этим определениям, когда речь пойдет о закате форматов игры, вокруг которых складывалось так называемое игровое сообщество, но теперь давайте посмотрим на те форматы, которые оказались свободны от этой инфекции, губительной для всякой игры.

Прежде всего, нулевые годы – это период расцвета компьютерных клубов, территорий, предоставляющих машинное время для игры. Предполагалось, что администратор клуба в состоянии отследить и корректность использования оборудования, и соблюдение правил игры посетителем (по большей части эта защита обеспечивалась закрытостью от вмешательства игровой машины), хотя бывало, конечно, всякое.

Но так или иначе, игра в рамках клуба оставалась все равно игрой в достаточной мере, чтобы ее хотелось продолжать.
Лидером потребительского спроса был, конечно Counter Strike и ему подобные. Все остальное требовало большей включенности и большего запаса времени (читать – домашней машины).

Игры, оказавшиеся за пределами поля зрения ролевого движения, начиная с ЧГК, переживающего второй расцвет, и заканчивая городскими квестами живого действия, выдвигали к участникам с одной стороны более простые требования в смысле сюжетов и содержания игровых действий, а с другой – более сложные, с точки зрения честной игры и соблюдения правил (обойти которые в городских квестах типа “бегущего города” или Энкаунтера не так-то просто).

И таким образом очередной этап битвы мнений о том, что такое игра, опять развернулся в стороне от предмета изучения, но на этот раз научная лаборатория и кафедра высшей школы тоже не стали полем битвы. Вопрос был поднял (и бездарно уронен) на уровне игровых конвентов.

Сказали ли там что-то новое? Да нет. По-прежнему цитировали Шиллера и Вундта, призывали в свидетели дух Хёйзинги, ссылались на Шацкого и Крупскую, с умным видом упоминали Пиаже. Покровского, естественно, никто не вспомнил с первого конвента и по сей день, он был слишком давно, и Лесгафт тоже. О Выготском заикались, но сути не процитировали ни разу, хотя, ну ИМХО, его лекции о возрастной педагогике все-таки проще чем статьи Толкиена. Найти и прочитать книгу Сюзанны Миллер и исследование Эльконина тоже никто не удосужился.

И у этого есть свои причины, хотя лежат они, ну опять и снова, за пределами поля зрения участников и посетителей конвентов и фестивалей. Строго говоря, с момента, когда вопрос о достаточной социальной успешности участника ролевого движения вообще поднялся – а ему сильно не первый год, и как бы не юбилейный десятый в прошлом году исполнился – вопрос о назначении игры можно закрывать, поскольку деятельность, которую участники ролевых игр живого действия все еще называют игрой, ею уже давно не является.

И теперь давайте посмотрим внимательно на выпавшую деталь, без которой игра перестает быть игрой. Для этого нам нужно вернуться к определениям Выготского и Эльконина и вспомнить о том, что они оба утверждали некий тезис, остающийся традиционно за рамками поля зрения большинства исследователей игры, вне зависимости от их регалий и заслуг.

И Лев Выготский, и Даниил Эльконин говорили об игре, как, в предельном выражении, о деятельности, назначением которой является формирование смыслов для личного пользования играющего индивида.

Учитывая ту милую деталь, что взаимоотношения человека и смысла рассматривало, мягко говоря, не большинство психологов в европейской части профессионального сообщества, а в российской эти исследования проходили по категории если не эзотерической, то всяко отвлеченно-философской, и неизвестны широкому читателю, пожалуй, в сложившемся положении вещей нет ничего удивительного.

Термин “игра” продолжил размываться и забалтываться, поскольку признать за ближним право на самостоятельное формирование персональных смыслов как было, так и остается деянием на грани криминального. Самое забавное в сложившихся обстоятельствах, пожалуй, то, что теперь размывать и забалтывать термин продолжают – как и раньше – люди, которым не достало смелости увидеть и признать суть и смысл игры и связь собственной игровой деятельность со своими же потребностями. Форма, переставшая быть игрой, отжила и начала отмирать. А игра нашла другие пути развития.

История игры. Часть 27.: 45 комментариев

      1. А происходящее было неоднородным, кто-то притормозил, кто-то успел первым.

        Скорее всего, мимо меня много пролетело, но вот как раз к моменту “кастинга” как-то стала важна “социальная успешность”, и вопрос о свином рыле и калашном ряде встал в полный рост. (Я это восприняла… ну примерно, что я могу на игре занимать примерно те же ниши, которые мне позволяет “большой социум” в реале, и на основании тех же критериев, а я туда не хочу)

  1. В какой-то момент в питерской ролевой тусовке появилась идея о написании отчётов по игре мастерами и игроками и о том, какие задачи методическо-воспитательного характера они перед собой ставили, каких целей удалось достичь, каких нет, и как на это повлияли игроки и игровые события.

    Когда я столкнулся с этим вживую, ролевые игры в Питере были для меня закрыты. Не то, чтобы я не хотел поехать на „Фаллаут: ничто человеческое“, например, или на „Арканум“, просто всегда находились более важные и интересные дела.

    Никак не связанные с питерской ролевой тусовкой.

    А в прошлом году там появился человек, который предложил формализовать в законе игровую ролевую деятельность, сделать её подотчётной и методически контролируемой.

    Почему-то этим возмутились возмутились в первую очередь именно те, кто ввёл, как хорошую практику, оправдание полигонной ролевой игры как психолого-педагогического обучающего эксперимента.

    1. “В какой-то момент в питерской ролевой тусовке появилась идея о написании отчётов по игре мастерами и игроками и о том, какие задачи методическо-воспитательного характера они перед собой ставили, каких целей удалось достичь, каких нет, и как на это повлияли игроки и игровые события.”

      Вот этот момент я пропустила, а жаль. Это какие примерно годы, Вы не скажете?

        1. О как. Спасибо. Я не предполагала увидеть документ, от которого идеями Шацкого разит за версту, за пределами отчетности наробраза. Это было важной деталью, спасибо.

          1. А он, как оказалось после беглого гуглежа, примерно в то время стал довольно популярен в узких кругах, полностью реабилитировавших его метод в стиле, который унаследовали современные сказания о счастливом детстве в СССР от молодых политиков 2000 года розлива.

            Не то, чтобы я что-то знал о его идеях, конечно, до упоминания Вами 🙂 Просто стиль написания текстов характерный.

            1. Ну тогда все понятно. Это последний артековский призыв. Сейчас им чуть за сорок, тогда, соответственно, чуть за тридцать. И конечно, попытка вернуть детство в улучшенном и идеализированном виде. Результаты перед нами.

                1. Получается, что люди впитали скиллы вместе со стилем. Поскольку сами участники последних смен Артека и Зеркального – это все-таки другой слой, чем представители ролевого движения, как бы вторые ни хотели дотянуться до первых и найти основания для объединения.

            2. “Все понятно” – в смысле, понятно, откуда всплыла идеология. И да, другого стиля написания текстом тут тоже ждать неоткуда, тут либо это, либо эзотерика самого мутного пошиба и уровня даже ниже чем у аудитории Грабового.

  2. Ага. И в литературной игре типа “Грелки” (написать рассказ по теме за трое суток) концом стало формирование сборников, за которые платили гонорар. Что в итоге этот рак пожрал всю жанровую литературу — вообще не удивительно.

  3. “формирование смыслов для личного пользования играющего индивида”
    То есть в игре всегда есть практическая польза для играющего, но не прямая, а опосредованная, но чтобы увидеть эту связь и эту пользу надо, как минимум, сильно иначе, чем принято представлять человека как феномен действительности.
    Спасибо, сошлось.

    1. Самая пикантная деталь в том, что эта самая опосредованная практическая польза чем дальше, тем больше уходит за пределы одобряемого, а теперь и общепринятого. И связать отсутствие навыка к самостоятельному формированию смыслов – а как следствие, и к самостоятельной оценке своих обстоятельств, и к независимому целеполаганию, – оказывается невозможным именно для людей, полагающих себя участниками и чуть ли не фронтменами контркультуры.
      Сама контркультура, понятное дело, не в курсе наличия у нее таких участников и лидеров.

      1. Оценивая процесс, я ещё Вашу “Историю игры” не изучала, и для меня финалом стала ситуация, когда внешняя мотивация и цель для автора (тема, сюжет, etc) стала обязательным условием “взрослого” творчества. Сейчас издательский рынок переориентировались не на поиск новых авторов, а заказ. А умение сформировать самостоятельно тему перестало вообще оцениваться как творческое. И разумеется, те же люди, которые поддерживали “извлечение пользы из игры”, сейчас жалуются на отсутствие новых идей.

        1. Ну естественно. После того, как ресурсная база исчерпалась и продавать стало нечего, остается только жаловаться. Целеполагание же оказалось за пределами рамок постановки задач. Равно как и оценка обстоятельств, и весь остальной набор.

  4. Вопросу о “достаточной социальной успешности” игрока значительно больше десяти лет, и даже больше пятнадцати. В 2001, на игре “Волки Одина”, он вполне себе поднимался (пусть и далеко не во всех клубах, от которых заезжали команды). И это была последняя большая игра, на которую я ездила.
    К 2001 г. уже были ролевые клубы (минимум два), предусматривавшие “карьерный рост” – грубо говоря, в клуб тебя принимают служанкой или крестьянкой, но за “особые заслуги” и “выслугу лет” можно подняться до графини или типа того. Названия клубов не скажу, ибо не помню за давностью лет.

    1. Юбилейным десятым я назвала прошлый год потому, что в две тысячи восьмом году эта позиция была уже устоявшейся и общепринятой. До две тысячи пятого она все-таки была только одной позицией из спектра, а подавляющей стала как раз к седьмому или даже восьмому году.

  5. “мастер не может участвовать в игре, как игрок (или может в очень неполной мере), а с другой, ему предоставлены возможности играть, как с игрушкой, со всем игровым пространством и всеми, кто в нем находится.”
    [цитата из предыдущей части, но вытащил сюда]
    “Сильм-Зкстрим”, 2002 год, такие дела… И его замечательный главмастер. И ее фраза “У меня на игре было 500 кукол Барби, они делали, что полагается, и я полностью удовлетворена”
    И запоздалый (позапрошлого года) комментарий одного из ролевиков (https://boldogg.livejournal.com/215175.html)
    “Помните то высказывание про кукол Барби? Мы ведь потом думали, что это Лора либо сдуру ляпнула, либо спьяну, либо чего-то не то имела в виду. А ведь нет. Всё то она в виду имела. Это была не глупость никакая. Это была формулировка некоторого иного подхода, нового, непривычного – потому и встреченного в штыки. Подхода, который постепенно стал основным, стал “мейнстримом”. А от “старого стиля” в общем-то мало что осталось.”

    Ну прелесть же, а…? Безнадежно поздно – но, всяко, лучше же, чем никогда?

    1. Прелесть и очарование я вижу в основном в том, что миф о старом стиле, в котором все было не так, все еще живет, и чем дальше, тем больше в него верят именно те, кто сделал все, чтобы мейнстрим выглядел именно так, как выглядит. Впрочем, это штатный порядок развития событий.

      1. Еще бы не штатный… Тем, кому мысль о том, что… ну например, “рая на земле не было никогда” – им обязательно нужен или Злобный Враг (который всё и порушил), или “черный лебедь” (_после_ которого “что-то пошло не так”). И чтобы, – вдруг, внезапно, – не оказаться в этой роли самому.

      2. Прошу прощения, слетело и зевнул
        …Тем, кому мысль о том, что… ну например, “рая на земле не было никогда” просто-таки ломает всю картину мира пополам с жизненной философией, – им обязательно нужен…

    1. У Эльконина пример с группой детского сада. Дети после похода в зоопарк не играли в зоопарк, а после похода на экскурсию на почтамт играли в почту. После повторной экскурсии, с акцентом на поведение людей и смысл их деятельности, дети начали осваивать и игру в зоопарк тоже. Им было необходимо понимание смысла и сути игровой роли для освоения контекста.
      Остальное, пожалуй, слишком пространно и тяжело для цитирования. Оно и понятно: тема не включена в социокультурную норму.

        1. Нет, не так. Нужно понимать, что в модели зачем, и как это может относиться лично к тебе, чтобы иметь возможность хотя бы правильно скопировать. В противном случае распознавания не происходит.

            1. В противном случае не получается ничего. Модель не распознается. Даже для карго-культа нужно понимание того, как именно тебя лично касается (может касаться) происходящее. Если человек не может найти свое место в модели, распознать эту модель он не в состоянии.

              1. Хм… а правильно ли мне кажется, что для освоения подобных моделей надо с кем-то идентифицироваться? Наглядный пример, худлит, кино работают, а страница из учебника – не очень?

                  1. А что в этом плане изменилось?

                    (Прошу прощения, если оффтоп. Очень хочу собрать этот пазл. Пока не складывается “почему в детском саду в игрушки не особо играли, в том числе и в интересные, но играли в игры по правилам, усваивая правила от других детей”, “почему в школе интерес к химии/физике/биологии требовал кружка, взрослого и обычно – компании”, “почему хорошая компания способствует вхождению в хобби, даже если информация и материалы и без нее доступны”)

                    1. эээ… так я вот уже двадцать семь постов подряд рассказываю, что изменилось и как.

      1. кажется я ухватил.
        Игра которая даёт смыслы, это такая игра в которой на входе выполнение действий, формально заданных ролью, а на выходе, при удачном течении игры, наполнение головы игрока, смыслами этой роли.
        И осталось понять, какое течение игры, такое наполнение может обеспечить.

        1. если я правильно понял, то у меня даже на сериальной игре этого года, был пример такого.
          Перед игрой, молодой человек говорил в духе “я не умею в ролевые игры, но давай буду помогать кому надо”, я дал ему играть помощника следователя.
          На следующей игре, он уже сам взял роль следователя, и с наполненными огнём глазами вёл расследование.
          И кажется, хочет ещё.

        2. Любое течение игры может обеспечить такое наполнение. Но только при условии корректно определенных правил и корректно определенного наполнения роли. Корректно – это понятно (выполнимо и с очевидными игровыми выгодами), прозрачно (без второго дна) и четко (не меняя правила или суть и содержание игры по ходу игрового процесса и не включая в игровую ситуацию дополнительных факторов без предупреждения).

            1. Ага, таки доехало и до этой точки. Ну, значит, и дальше поедет. Не вижу причин не поехать. Маршрут штатный, сомневающиеся в меньшинстве и все еще пытаются договариваться…

Добавить комментарий