Непослушное дитя природы. Взвешено, сочтено, измерено. Часть 1.

Поскольку нормальный индикатор в телефоне вам вряд ли покажет точное количество процентов от возможного заряда батареи, вероятнее всего он покажет сколько-нибудь делений, давайте считать в делениях. Пусть их будет девять. И пусть индикатор умеет показывать половинку деления, таким образом у нас получится восемнаадцать позиций на шкале. И продлим шкалу в обе стороны от нуля, чтобы сравнить поведение организма, работающего на положительном заряде и организма, работающего на заряде отрицательном.

Итак, вот есть ноль заряда. И… нет ничего. То есть, некая относительно организованная материя есть, но процессы в ней не идут. Желудочно-кишечный тракт есть, но перистальтика отсутствует или около того; легкие есть, но самостоятельного дыхания нет, мозг пока тоже есть, и… а, хотя стоп.

Мы же исходно живой организм взяли и так уделали в рамках эксперимента? Так вот: мозг реагирует. Хотя не особенно ярко – но реагирует. Думаете, я преувеличиваю? Зайдите в любую больничную палату. Лучше в кардиологию. Вы увидите там людей, осознающих себя и даже разговаривающих, с дефицитом кровотока, с практически полностью остановившимся лимфотоком, не способных самостоятельно выделять продукты жизнедеятельности, нередко дышащих с посторонней помощью – но обсуждающих свежие политические новости

А вот на индикаторе есть полделения.

Допустим, заряд положительный. И смотрите-ка: организм сам способен глотать! и даже переваривает проглоченное! и выделить способен тоже сам!
Допустим, заряд отрицательный. И что же организм? не, сам по себе он по-прежнему инертен, но зато! он способен уже обгадиться от испуга и сглатывать от тревоги и страха. Так что все-таки активизировался, по сравнению с нулем. Если бы мы были в фильме фэнтези, то этот труп уже можно было бы допросить, хотя особой активности от него ждать еще рано, да и опасности он пока не представляет.

Добавим еще половинку деления и получим целое одно деление из девяти.
Вот у нас плюсовой заряд. Организм сам ест и пьет, сам бодро передвигается в пределах жилища, способен к минимальному самообслуживанию на уровне нацепить на себя одежду без посторонней помощи и почистить зубы/помыть мордочку.
А вот у нас минусовой заряд. Да, с перистальтикой по-прежнему проблемы, да и дыхание не слишком бодрое, то и другое на пинковой тяге по-прежнему – но теперь, если этот организм пнуть, он вполне способен по пинку надеть что велели, проделать простейшие манипуляции с предметами, переложить предмет с места на место и пройти десять метров относительно вертикально. То есть, это уже годная заготовка для классического зомби.
Кстати, я не шучу. Мне доводилось видеть людей, не способных усвоить ничего кроме очень жидкой манки или овощного отвара, но при этом уверенно пишущих тексты, считающих дебеты-кредиты, читавших в этом состоянии лекции (правда, сидя) и даже выигрывающих дела в суде. Между прочим, все это люди проделывали в возрасте едва за тридцать, то есть про износ организма от старости и слабость по этой причине говорить было очень рано.

Добавим еще по половинке деления в каждую сторону, итого будет полтора деления на индикаторе и посмотрим, что поменяется.

Плюс полтора деления из девяти: организм сам может минимально следить за личной гигиеной и гигиеной пространства, способен не только поесть, но и приготовить по известной схеме простую еду, может осуществлять самую простую деятельность “короткими перебежками” минут по 15. Ну и, передвигаясь по помещению, способен плюс-минус не встретиться с углами. То есть, не со всеми имеющимися, а только с парой-тройкой самых специально обученных. И еще: теперь он может играть. То есть, способен к освоению нового через подражание и копирование, по мере копирования пробуя деятельность на вкус и определяя, насколько она привлекает. Запомните эту опцию, потому что она сейчас пропадет – и появится только когда индикатор покажет не менее двух третей заряда.
Минус полтора деления из девяти: по поводу перистальтики и дыхания воз и ныне там, но теперь на пинковой тяге организм способен приготовить еду и съесть приготовленное все-таки с одного пинка, а не с серии, то же самое насчет гигиены и уборки, и так же точно, с одного пинка, оный организм способен выполнить некий известный ему набор действий, не останавливаясь на каждом этапе цикла в ожидании следующего стимула. Играть это немертвое тоже может, но только в себя, бесконечно повторяя события, способные повторить сильное переживание, пока что без разницы, отрицательное или положительное. Эта игра – такой театр одного актера, он же зритель и режиссер. Новое в ней освоить невозможно, да и не нужно, не те приоритеты.